Поле Гумбинненского сражения

Вскоре после начала Первой мировой войны 20 августа 1914 г. под городом Гумбиннен (г. Гусев Калининградской области) развернулось ожесточённое встречное сражение корпусов 8-й немецкой и 1-й русской армий, вошедшее в историю под названием «Гумбиннен-Гольдапского».

23-24 августа 2014 г. у пос. Лермонтово Калининградской области прошёл военно-исторический фестиваль «Гумбинненское сражение», гостями которого стали около 70 тысяч зрителей, а в Калининградском областном историко-художественном музее открылась посвященная этим событиям экспозиция, составной частью которой стал макет «Поле Гумбинненского сражения». Он был создан по заказу музея калининградскими художниками В.А. Захаровым и А.М. Дырышевым. На макете представлены события, происходившие 20 августа 1914 г. в центре сражения.

На правом фланге у Ширгупёнена (пос. Подгоровка Гусевского района) под сильным артиллерийским огнём держали позиции 98-й пехотный Юрьевский и 99-й пехотный Ивангородский полки 25-й дивизии. Постепенно, не выдержав натиска противника, их поредевшие батальоны стали отходить. В донесении командира 99-го полка говорится: «в 3 часа дня остатки II батальона отошли к д. Сциргупенен. Здесь по приказанию командира 98 полка батальон стал в резерв юрьевцев и пополнил патроны». Натиск немецкой пехоты был остановлен. При этом отличился начальник пулеметной команды 99-го полка штабс-капитан Н.И. Рудницкий. Во время отхода соседних частей он стал собирать под своим командованием их пулемёты, исправлял их, снабжал патронами и формировал команды. О дальнейшем развитии событий красноречиво свидетельствует его донесение: «около 5 час. дня немцы двинулись колонной на наш правый фланг; впереди шли знамена с двумя ассистентами офицерами. Определив расстояние дальномером, 14 моих пулеметов открыли огонь через головы своих (…). Поддержанные батареей 3 морт. дивизиона, пулеметы в 5 минут уничтожили эту колонну, положив около 1500 человек».

Немецкая артиллерия в этом сражении существенно превосходила русскую как по численности, так и качественно: 336 германских орудий против 278 русских в районе Гумбиннена. Однако русские батареи 3-дюймовых орудий находились на закрытых позициях и своей стрельбой смогли ликвидировать немецкое превосходство в орудийных стволах и массе огня. Командир 3-го корпуса генерал Н.А. Епанчин вспоминал: «Один только дивизион 27-й артиллерийской бригады выпустил перед контратакой десять тысяч снарядов. Теперь из германских источников я знаю, что этот огонь произвел потрясающее впечатление на пруссаков».
Недостаточную эффективность своего огня немецкие артиллеристы пытались компенсировать личной отвагой. В районе Грюнвайчена (пос. Новостройка Гусевского района) на макете показаны разбитые артиллерийские орудия: здесь во время боя около 14 час. 30 мин на одну из высот галопом вынесся и быстро снялся с передков дивизион 2-го Западнопрусского полка полевой артиллерии № 36. «Дерзость эта дорого обошлась отчаянно храброму немецкому дивизиону» – он успел сделать лишь несколько выстрелов. На него тут же обрушился огонь нескольких русских батарей и пулеметов 108-го пехотного Саратовского полка. Буквально через несколько минут на немецких позициях лишь осиротело стояли орудия, вокруг которых недвижно лежали тела людей и убитые лошади. Позднее все 12 орудий и 24 зарядных ящика дивизиона были захвачены в качестве трофеев.

В центре макета в районе Маттишкемена (пос. Совхозное Нестеровского района) показано наступление немецких пехотных колонн XVII-го корпуса генерала А. Ф. Макензена на позиции 27-й дивизии генерал-майора К.М. Адариди. Здесь атакующих встретили батальоны 106-го пехотного Уфимского и 105-го пехотного Оренбургского полков. В разгар боя, «чтобы поддержать передовую линию, начальник 27-ой дивизии генерал-лейтенант Адариди двигает вперед дивизионный резерв – 107-й пехотный Троицкий полк и сам, со своим штабом, переходит близко в район боя, в рощу около Матишкемен, где рвалась и шрапнель и «чемоданы», а иногда жужжали и пули».

Перед немецкой цепью на макете – вереница людей без оружия, в нижних рубахах и шароварах. Дело в том, что в начале сражения в плен попала часть сторожевого охранения 108-го пехотного Саратовского полка. Судьба этих русских солдат, которых наступающие немцы погнали перед собой, была трагической.

Русские позиции на макете обозначены залегшей за бруствером стрелковой цепью с пулемётным расчётом, рядом с которой – стрелковая цепь в положении для стрельбы с колена. Дело в том, что, хотя 27-я дивизия начала разворачиваться в боевые порядки ещё ночью и к моменту немецкого наступления оказалась относительно подготовленной, стрелки 105-го и 106-го полков всё же не успели окопаться – они лишь смогли отрыть окопы для стрельбы лежа либо одиночные ячейки.

Как вспоминал очевидец событий, капитан А.А. Успенский, А. ф. Макензен «вместо атаки цепями, двинул свои войска сомкнутым строем, непрерывными колоннами, причем развивались знамена и играла музыка!! Их артиллерия в это время развила ураганный огонь. Не могу забыть этого неожиданного и опасного момента! Генерал Макензен хотел подействовать на психику противника: несмотря на огромные потери, – сразу запугать – ошеломить его воображение и могучим ударом опрокинуть врага!

Но наша дивизия не растерялась: открыт был такой точный и планомерный огонь по всей линии, – а цель была такая большая! – что немцы, понеся огромные потери, остановились и залегли. Хорошо поработали здесь и наши пулеметы и наша артиллерия! Бой продолжался. В 12 ч. и в 2 ч. немцы пытались опять таким же открытым штурмом опрокинуть наши полки, но и на этот раз это им не удалось, несмотря на полное презрение к смерти храбрых сынов Германии. Много полегло их здесь во время этих открытых (в сомкнутом строю колоннами!) атак!».

По справедливому замечанию Л.А. Радус-Зенковича, «27-я русская дивизия явилась в сражении 7/20 августа тем камнем преткновения, о который разбились главные усилия немцев». Потери немецких батальонов были огромны: местами их цепи полегли полностью со своими офицерами. После нескольких безуспешных атак они стали безостановочно отходить. «С наших наблюдательных пунктов можно было видеть потрясающую картину, как от нашего огня целыми рядами падали, словно подкошенные, бегущие вдоль шоссе и канав при нем, немцы! – вспоминал А.А. успенский, – Как бежали они в беспорядке, бросая по дороге свое оружие… Моментально пропала вся их железная дисциплина!».

На левом фланге на макете показана сцена штыкового боя между русскими и немецкими пехотинцами у р. Роминте (Красная). Здесь, у Зоденена (не существует) вели тяжёлый бой три батальона 159-го пехотного Гурийского полка, поддержанные двумя батареями. В это время 158-й пехотный Кутаисский полк удерживал район деревень Кубилен-Крошельн. Отстаивая буквально каждый бугорок, испытывая недостаток боеприпасов и поднимаясь в штыковые атаки, гурийцы к 15 часам всё же были вынуждены оставить Зоденен. Отошли и понесшие большие потери кутаисцы.

Осмотрев 21 августа поле сражения у д. Кубилен, командующий 40-й пехотной дивизией генерал-лейтенант Н.Н. Короткевич отметил в донесении: «Здесь был пехотный бой, много убитых и тяжело раненых лежит на поле сражения. Из немцев заметил человек 15-20, остальные русские. Немцы лежат в окопе, который они, по-видимому, только начали рыть; русские разбросаны по всему полю».

…Под вечер командующий немецкой 8-й армией М. фон Притвиц, получив донесение о тяжелом положении на фронте и о том, что границу перешла ещё и 2-я русская армия генерала А.В. Самсонова, приказал начать общий отход. П.К. фон Ренненкампф отказался от преследования отступавших, поскольку его армии требовался отдых.

В 1930 г. У. Черчилль писал о Гумбинненском сражении: «В этот день состоялась битва между 7 германскими и 8 русскими дивизиями, которые, хотя это и осталось незамеченным в общем европейском столпотворении, привели в движении несколько цепочек событий, серьезно и даже решающим образом повлиявших на весь ход Великой войны. Очень немногие слушали о Гумбиннене и едва ли кто-нибудь оценил ту удивительную роль, которую он сыграл».

Победа русских войск в сражении под Гумбинненом заставила немецкое командование сосредоточить свои силы против 2-й армии А. В. Самсонова, а чуть позднее – перебросить в Пруссию часть сил с западного фронта. Хотя армия А.В. Самсонова потерпела поражение, а армия П.К. фон Ренненкампфа была вытеснена из Пруссии, переброска сюда частей из Франции стало одной причин из того, что в сентябре 1914 г. немецкие войска потерпели поражение в битве на Марне. Германии пришлось расстаться с надеждой на быструю победу в войне. Начало же этому было положено под Гумбинненом.

Новиков Александр Сергеевич,

кандидат исторических наук, специалист сектора истории Калининградского областного историко-художественного музея